zamglavred (zamglavred) wrote,
zamglavred
zamglavred

"лишь тогда, когда откажемся от старого..."

Нашел вчера и сегодня два ключевых интервью для понимания замыслов постановщиков "Царя". Придумывать ничего не надо, они все сами сказали.
Пазл сошелся. Сажусь писать рецензию.

Выделил наиболее "интересные" места красным.


В кювете прошлого…
«AиФ»: - Отчего же нам Иван Грозный до сих пор покоя не даёт? Уж сколько сотен лет прошло, а в голосовании «Имя Россия» он легко перегнал многих наших современников!

Алексей Иванов: - Фигура Грозного в России будет актуальна до тех пор, пока мы будем искать ответ на вопрос, в чём же наша «особость». Иван Грозный стал первым истинно русским царём. Другие правители, что были до него, ничем не отличались от европейских монархов. А Грозный первым устроил эту «аварию по-русски» - опричнину. Интерес к Грозному - верный признак того, что мы опять вляпались в «дурную бесконечность».

«AиФ»: - Ладно бы мы просто нашу историю читали-перечитывали. Так мы же её постоянно оцениваем-переоцениваем. Вот только и нового мы создать не можем, и старые герои нам не подходят.

А. И.: - Не подходят для чего? Для иконы? А незачем их тащить на икону. Надо трезво помнить, что исторические деятели - не ангелы с крыльями. Даже митрополит Филипп. Ведь он святой потому, что совершил подвиг во Христе, а не потому, что искоренил всё зло, которое ему встретилось.

История как таковая всегда нуждается в актуализации, иначе она неживая материя. И правильно, что мы постоянно сопоставляем себя с предками, - это позволяет русским оставаться нацией. Другое дело - после сравнения мы предпочитаем менять не себя, а предков. Вот это ни в какие ворота не лезет и лишает занятие смысла. Когда одновременно строят и новое будущее, и новое прошлое, получается полный хаос. После краха Третьего рейха немцы не строили себе нового прошлого, а признали вину - и получили шанс на будущее. И мы создадим новое лишь тогда, когда откажемся от старого.

…и поисках любви
«AиФ»: - Если уж мы так отчаянно в истории копаемся, то почему никаких уроков из неё не извлекаем? Ведь уничтожение Грозным во время войны с Польшей всех русских военачальников (то есть воевод) потом, накануне Второй мировой, повторит Сталин. Что за страсть у наших вождей - вырезать именно тех, кто искренне желает служить на благо страны?

А. И.: - Потому что вождям не нужно благо страны из чужих рук. Они сами хотят сотворить это благо, а другие благодетели им ни к чему. В этом - особенность русской власти. Упрощённо говоря, царь считает: ему вполне по силам обустроить державу в одиночку. Только вот для этого ему надо быть чудотворцем. А чудеса творятся верой. Пущай тогда народ верит в царя, царь станет чудотворцем - и по воле его заколосятся хлеба и мор сойдёт на врагов. Все усилия царя направлены не на хозяйство и политику, а на принуждение народа к вере в царя. Поэтому какие-нибудь талибы, что гонят в Россию наркоту, не такие страшные враги, как журналист, написавший, что у царя нимба-то нету. И всякие профессионалы, которые умеют делать дело лучше, чем царь, подлежат искоренению, так как сеют в народе сомнение в чудотворности государя. Царь занимается воспитанием народа - сочиняет молитвы, как Грозный, бреет бороды, как Пётр, держит в страхе, как Сталин. Русский царь, чего бы он ни делал, всегда хочет, чтобы его любили. В идеале - боготворили. Но он всегда недолюбленный, а потому всегда ревнив.

«AиФ»: - Митрополит Филипп пытается объяснить Грозному, что и жить, и страной править надо по совести.

А. И.: - Филипп - не попытка жить по совести, а попытка жить по здравому смыслу. Ну нельзя по здравому смыслу верить в царя, как в бога. Грозный требует от Филиппа верить в царя. Если верить в царя, значит, царь - Иисус Христос. Если Иисус Христос на земле, значит, случилось второе пришествие. Если оно случилось, значит, скоро конец света. А Филипп не может смириться с мыслью, что мир заслужил погибель. Вот и вся логика. Филипп, как истинно верующий человек, восстаёт против того, чтобы царь принуждал народ к вере в себя, любимого, потому что это принуждение разоряет страну. А Филипп - мужик хозяйственный.

«AиФ»: - Так на чём, на ваш взгляд, прокололся Грозный? На том, что посчитал себя Богом на земле, или на том, что залил страну кровью?

А. И.: - Грозный не заигрался. Грозный - человек Средневековья, и только средневековый разум мог вот так искренне сформулировать русское понимание власти. Тем самым Грозный создал модель. Архетип. И по этой модели уже действовали остальные русские государи - и тираны, и не тираны. И сейчас они действуют так же.

«AиФ»: - А только ли Грозный виноват в том разгуле опричнины? А народ - он за это не в ответе? За ту «исступлённую, бесстыжую покорность», что демонстрировал, когда царь над ним глумился?

А. И.: - Конечно, «короля играет свита». Народ виноват не меньше правителя. Виноват не в покорности - наши бунты были страшными. Виноват в том, что верил в святость государя. К примеру, Пугачёв показывал казакам на своей груди отметины от язв, выдавая их за «царские знаки», и казаки верили. Потому что в русском понимании быть царём - значит, быть богоизбранным. И царь богоизбранный, и генсек, и президент. У нас Бог выбирает, а не электорат. Избранник Бога и сам не совсем человек и почти Бог. У меня Иоанн так и говорит Филиппу: «В моей державе только я святой».

А раболепие перед властью и способность к высшей отваге - два края одного и того же явления. Царь сказал: «Иди и сделай», - пойдут и сделают, изумив весь мир. Но надо, чтобы царь сказал. Неслучайно же у нас в одном ряду стоят «царь, бог и воинский начальник». Все три персоны - носители власти, а власть даруется небесами.
Интервью со сценаристом "Царя" Алексеем Ивановым



-Почему Иван Грозный у нас намного известнее, чем митрополит Филипп?

Не знаю, это тайна какая-то. Так устроена русская власть, непохожая ни на западную, ни на восточную. Грозный — главный изобретатель этого феномена. И жизнь основана на том, что власть заменяет Бога на земле и не вступает в договорные отношения со своим народом. Власть является неким высшим божеством — и потому должна быть грозной, ее должны бояться. Бог власти в России — это бог не милосердный, а карающий. Наверное, в сознании людей эта карающая десница олицетворяет силу и мощь государства, его мужское начало. Действительно, злодеев у нас любят, злодеев помнят.

Но с чем все-таки это связано? В Европе вон тоже были Средние века, однако там героями в итоге стали не инквизиторы, а, например, Жанна д’Арк. Митрополит Филипп — тоже олицетворение жертвенного начала, а героем у нас стал его убийца Грозный…

Он не только митрополита убил, он уничтожал города, на его счету сотни тысяч жертв. Но так же у нас любят и Петра Первого. Так же до сих пор любят Сталина. Так же считают, что Горбачев слабак, потому что он сам уменьшал свою власть, вместо того чтобы заставлять себя бояться, закручивая гайки все сильнее и сильнее. Может быть, это из-за того, что народ как бы сам осознает свою греховность…

И ждет наказания?

Не знаю, то ли искренне, то ли лицемерно требует наказания. Понимаете, он как бы требует: «Вы уж с нами построже! Мы-то такие вороватые, плохие». Но при этом идеи, что надо стать лучше, в его голове нет. Зато действует правило «не пойман — не вор». Это очень сильное чувство. Грозная власть снимает с тебя всякую личную ответственность.

А бывает и так, что человек перекладывает ответственность не только на власть, но и на церковь. И в этом смысле власть и церковь где-то сходятся. Нет?

Это очень сложный момент. Он не перекладывает ответственность на церковь, скорее, в его глазах церковь и власть нерасторжимы, являются единым организмом. Церковь действительно всегда подчинялась в России власти. Иван Грозный убивал митрополитов, менял их как хотел. Петр Первый вообще из церкви сделал министерство информации и идеологии. Про советскую власть я уж не говорю. Сейчас, по сути дела, мы переживаем первое двадцатилетие, когда церковь получила возможность отделиться от государства. Сегодня, собственно говоря, и решается, будет ли церковь всегда сопровождать и оправдывать власть, или она все-таки станет прибежищем какой-то правды, какого-то утешения, внутренне осознает свою обособленность.

В порядке вещей, когда церковь выражает свое отношение к искусству, говорит, какое искусство правильное, а какое неправильное?

Тут не надо путать. Церковь имеет право на свое мнение. Церковь как раз не выполняет властную функцию, и очень многие люди обижаются на нее за то, что она не вмешивается, не высказывает своего отношения к власти, не комментирует. Я жду от церкви внутренней самостоятельности, но кто я такой, чтобы судить о делах церкви? Я не специалист, я профан и просто считаю, что церковь, существующая тысячи лет, должна заниматься все-таки проблемами спасения души, проблемами вечной жизни. Она может иметь свое мнение об искусстве, но главное — чтобы она не путала: кесарю кесарево, а Богу Богово. Это и должно быть, мне кажется, главным.

Как вы думаете, линия митрополита Филиппа сможет когда-нибудь победить у нас линию Грозного? Что для этого нужно?

Мне кажется, сейчас происходит смягчение нравов, и наша власть совсем не так жестока. Да, мы не довольны ею, но это естественно: никто и нигде не доволен властью — ни в Европе, ни в Америке. Сейчас власть все-таки не душегубствует. Но посмотрите, какой у нас народ. Во всех спорах, телешоу, голосованиях по радио он всегда за жестокость, за крайнюю меру… Жириновский выходит и говорит: «Вешайте на столбах!» — и его рейтинг взлетает просто мгновенно. Я слышал десятки звонков на радио по поводу того, следует отпускать Бахмину или нет. Даже женщины звонили и говорили: не отпускать беременную, не отпускать, всех посадить.

Может, это такой социальный реваншизм? Свидетельство того, что у нас очень жесткое классовое расслоение, которое в Европе постепенно сглаживается?

Не в этом дело. Мне кажется, народ просто совсем забыл о милости и милосердии. В этом смысле люди совершенно не разделяют христианские заповеди. Ходят в церковь, машины обклеивают иконами, но при этом ожесточены в своем сердце. Это становится главной проблемой нашего общества. Жестокость во всем — в отношении к бедным, к старикам, вдовам. О слабых вообще не думают. Думают о силе победителя. У Шаламова, помню, есть такая лагерная поговорка: «Сдохни ты сегодня, а я — завтра». Это практически наш сегодняшний лозунг. И с этим надо что-то делать.

Что именно? Есть ли какие-то конкретные рычаги воздействия?

Возьмите Соединенные Штаты: там практически покончили с расовой дискриминацией, гомофобией. Если бы они над этим упорно не работали, то не было бы у них Обамы в президентах.

Интервью с режиссером Лунгиным здесь

Сухой остаток
1) До Грозного Россия ничем не отличалась от Европы и сейчас должна приложить все усилия, чтобы ничем не отличаться от Европы и Америки.
2) Нужно признать вину и отказаться от своего прошлого (как немцы), тогда мы станем Европой.
3) В России люди признают, что власть дается Богом (а не электоратом). Это ненормально. Это надо исправить.
4)Иван Грозный верил в конец света, мучился совестью и сходил с ума, а митрополит Филипп не верил, потому жил не по совести, а по здравому смыслу (как немцы?). Митрополит Филипп - правильный гуманист, он считает, что история должна быть бесконечной.
5)Грозного (а также Петра I и Сталина) породило русское средневековое сознание. Русский народ любит средневековье и не хочет гуманизма.Власть и сейчас средневековая (по Иванову). А если и не средневековая, то народ заставляет ее быть такой (по Лунгину).
6) Народ виноват. Народ любит и помнит только злодеев. Не хочет стать лучше. Верит, что власть от Бога.
7) Церковь всегда подчинялась власти, а теперь должна осознать свою особленность и от власти, и от народа. Стать прибежищем правды и какого-то утешения. Правдой колоть глаза власти и народу, а утешение (какое-то) давать тем, кто это делает вне церкви (людям типа Лунгина и Иванова).

8) Прогноз. Если все пойдет хорошо, наш народ покончит с расизмом и гомофобией и выберет своим президентом Барака Обаму. А Обама запретит нам помнить злодеев (Грозного, Петра и Сталина) и отменит конец света, потому что это нехозяйственно.

UPD Странно, что такие умные люди, как Дмитрий Володихин, НЕ ВИДЯТ в измышлениях Иванова никаких вопросов:(
Tags: Грозные разборки, глобализм на марше, глупость или измена?, заметки читателя, история, народная тема, общество спектакля, сумерки гуманизма, черный юмор
Subscribe

  • Трехсотлетняя легенда

    300 лет назад, в 1717 году в Иркутске был заложен первый деревянный храм, положивший начало истории самого узнаваемого в мире памятника Иркутска.…

  • Древнее знамя Восточной Сибири

    Первый раз в жизни описывал экспонат. Бы уверен, что уж такие-то древние вещи изучены вдоль и поперек. Но нет. Как это часто бывает, именно о них…

  • III рейх в лабиринтах будущего

    ...Здесь же лежала бумага, заверенная печатью НСДАП и подписью одного из партийных руководителей Берлинского округа, присланная на имя Магды…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments

  • Трехсотлетняя легенда

    300 лет назад, в 1717 году в Иркутске был заложен первый деревянный храм, положивший начало истории самого узнаваемого в мире памятника Иркутска.…

  • Древнее знамя Восточной Сибири

    Первый раз в жизни описывал экспонат. Бы уверен, что уж такие-то древние вещи изучены вдоль и поперек. Но нет. Как это часто бывает, именно о них…

  • III рейх в лабиринтах будущего

    ...Здесь же лежала бумага, заверенная печатью НСДАП и подписью одного из партийных руководителей Берлинского округа, присланная на имя Магды…